22.10.2024
Подразделения ПВО 44 армейского корпуса продолжают превращать в пыль воздушные цели, которые враг отправляет в сторону наших городов. Но всё идёт не по их плану.
Сегодня их зона ответственности – белгородское приграничье. ВСУ продолжает целенаправленно бить по Шебекино, Губкину, Чернянску. По двум Осколам – Старому и Новому. По Белгороду. Всё это в попытках запугать мирных жителей. Террор в классическом его понимании. Командование украинских боевиков ещё в 2014 году определилось с приоритетными целями – мирное население, гражданские объекты, школы, больницы, детские сады. Воевать с армией эти последыши басаевых, радуевых, хаттабов и прочих абу-бакров аль багдади не хотят. Опасно. Можно и без зубов остаться. Потому воюют против безоружных.
Война здесь. Не где-то в стороне. Привыкли говорить «война на пороге» – а порог – вот он, за углом. И на этом пороге сегодня стоят наши дивизионы ПВО. Сколько общался с защитниками неба – не перестаю удивляться. Нечеловеческое напряжение во время боевого дежурства расчётов – улыбки и исключительный позитив на отдыхе.
Дивизион «Буков» перебросили на белгородчину из Луганской народной республики. Кто-то кадровый военный, кто-то пришёл служить по контракту. Все взрослые, опытные. Знают зачем здесь.
- У меня в дивизионе все мотивированные, – говорит комдив «Небо». – Каждый знает задачу, своё место. Но главное оно у них где-то под бронежилетом. С левой стороны. Там у каждого своя мотивация.
«Бук» отдыхающей смены уже не молод. Успел повоевать в самых разных местах. От войны до войны только ТО успевал проходить. А потом снова в бой – такая у него работа.
- На «гражданке» люди думают, что машина - это просто железка бездушная, – говорит «Ворчун». – Нет. У неё и сердце есть, и лёгкие, и всё остальное. Мы её душой чувствуем, а она нас.
«Ворчун» – это его сокращённый позывной. Полный – «Дед Ворчун». Он самый старший в дивизионе. Заключил контракт когда получил известие о том, что сын ушёл на СВО. Родным сказал, что во Владивосток на траулер устроился, а сам – сюда. Уже награждён орденом Мужества.
- Да я как узнал... Ну что я дома должен сидеть?! – Сын здесь, а я в гараже с мужиками? Это не по мне, – «Ворчун» раздосадован, это хорошо читается в глазах. – По-хорошему я раньше должен был сюда приехать. А приехал он. Жена, конечно сначала в шоке была. Он, потом я. Ну а что? Мы здесь за Родину нашу воюем. Она здесь сейчас для меня. И для него – там.
Разные направления. Отец и сын. Раньше такое только в кино показывали. А это не кино – это жизнь. Здесь, в зоне проведения СВО, таких судеб много. Читаются они на лету – по глазам, по улыбкам, по нервным затяжкам. По морщинам возле глаз.
- У меня опыта многим больше, чем у моих подчинённых, – говорит «Небо». – Но их учить ничему не надо. На лету всё схватывают. Контрактники сегодня не за материальные блага. Они по совести воюют. Я горжусь ими – адекватные и мотивированные. Тебе бы с их комбатом поговорить, но ты из него и клещами слова не вытянешь.
Хорошо, что спорить не стал – проиграл бы. Командир батареи на разговор скуп. Ни слова о себе. Только о сослуживцах. «Без протокола» – смеётся, рассказывает о службе. Если появляется фотоаппарат – уходит в сторону. Много чего о нём есть рассказать, но он против. Тихий герой сегодняшней войны.
ВАДИМ ВЛАДИМИРОВ
